Политика Культура Общество Экономика Война Наука О нас

Человек интимный

Я иду по улице. Огни глядят на меня. Их скромный взгляд сливается с моим. Я не достану фотокамеру. Не запечатлею на фото вечер и свое лицо. Я просто переживу этот момент как самый счастливый или самый трагичный.

Мир спрашивает меня: где твои фотографии? Почему ты не делишься ими со мною? Еще совсем недавно ответ на этот вопрос был бы простым – я не делюсь с миром фотографиями, потому что все главное в моей жизни интимно. Глаз фотокамеры – это другой, который опосредует непосредственное. Он открывает двери бесчисленному множеству праздных зевак, удваивающих это опосредование. Но мир сжимается под натиском перемен. И сегодня этот вопрос обращен против меня. Не вопрошающий мир беззастенчив и болен, но пространство интимного сегодня квалифицируется как нездоровье, нечто маргинальное и даже опасное. Человек изменился. Изменился не пятнадцатилетний юноша, который не имеет опыта жизни без Интернета и мобильного телефона. Изменился человек как таковой, и возраст здесь не играет никакой роли. Сегодня можно показывать все и говорить обо всем. Дело уже не в том, что «популярная культура– зло», ибо провоцирует нас к жизни наизнанку, а в том, что человек сам взахлеб расскажет о себе в социальных сетях, и его не нужно к этому побуждать.

В нашей жизни стало много личного и мало интимного. Интимное – не синоним личного. Личное также может быть не свободным от фигуры другого, как и публичное. Частная жизнь может быть пронизана всевидящим оком другого. Равно как и, напротив,фанатически очищена от него, в соответствии, например, с практиками в духе Кастанеды.Личное образует сферу приватного, сферу «я». Интимное, напротив,сопряжено не с утверждением «я», но сего расширением, выхождением за свои пределы.Или, как выразился бы Семен Франк, оно связано с трансцендированием вовнутрь, на пути которого встречается не другой, а близкий, «Ты». Выходя за пределы своего «я», человек предоставляет себя чему-то, что превышает его частное и фактичное. И в этом расширение он впервые обретает свою полноту. Таково чувство. Отношение. Вера. Мысль.Созерцание.

Интимное – синоним внутреннего (латин. intimus), закрытого от того, что вне. Есть что-то, что возможно только внутри, в пространстве своего контекста. Попытка вынести вовне, подглядеть, объективировать убивает истину того, что открыто изнутри. Николай Бердяев, например, считал брак чем-то неприличным, ибо тайна любви в нем объективирована и выставлена напоказ. В попытке объективации внутреннего содержится какая-то роковая ложь, желание обнажить, подвергнуть поруганию. Но эта попытка неминуема тщетна, ибо убивает свой предмет, лишая его истины.Как, например, нельзя сказать что-либо о семье, не прожив ее жизнью. Или проникнуть в тайну встречи чьих-то глаз, находясь на периферии события. Интимное – это то, что ускользает от взгляда другого, оставляя его ни с чем.

Современная культура, утратившая внутри себя деление на «популярную»/ «массовую» и «высокую», не видит ничего зазорного в том, чтобы метать бисер перед свиньями. Выкладывай, говорит она человеку, свои жемчуга, всем ведь интересно. Но, как известно, разбросанный жемчуг будет попран (Мф. 7:6). Есть в этих евангельских словах и самый прямой, ближайший смысл, а именно: всему свое место, и святыню оберегает место. Утверждение права интимного и есть утверждение права чему-то оставаться на своем месте, в своей правде и силе.

Можно брюзжать по поводу того, что современный мир, увы, не золотой, не серебряный и даже не железный век, а всего лишь «виртуальный». Можно подозревать современного человека в жажде самоутверждения, инфантильной страсти к популярности, комплексах неполноценности, роковом одиночестве. Но важнее ответить на вопрос о том, что же происходит с человеком, отказывающим в праве интимному? Каков результат этой антропологической трансформации? Ведь речь идет именно об изменении конституции человека, ибо вместе с интимным исчезает самая суть человека.Занимая позицию наблюдателя, современный человек отказывается от позиции переживающего. Он становится другим, зрителем в отношении себя. Эстетический взгляд другого убивает чувство. Другой не переживает, а смотрит. На что он смотрит? На другого. Близкий и близкое становятся другим. Пространство «ты» исчезает, уступая место тотальной социальности, которую составляют другие. Тайна расширения «я», выхождения за свои пределы, которая составляет суть интимного, безвозвратно утрачивается. Человек возвращается к самотождественности «я».

Воспринимая себя как факт в фотографиях и подобных самоописаниях, человек буквально отвергает себя, располагаясь в ряду вещей мира наличного. Фотография, говорит Георгий Иванов, лжет, и всякий документ подложен. Они ничто не способны сказать о человеке, а потому не могут нас тронуть. Опредмечивая себя, человек отворачивается от своей истины и входит в ложь.

Здесь, однако, напрашивается вопрос о творчестве: разве всякое творчество не есть объективация? Разве любой текст, хотя бы этот, не есть попытка вывести на свет потаенное? По крайней мере, два фундаментальных возражения можно высказать по этому поводу. Современная культура антихудожественна. Она утверждает «я». Тогда как художник никогда не говорит о себе, ибо что может быть скучнее этого. Художник говорит о каждом, и то, что ему это удается, делает его художником. Всякое творчество ищет наиболее адекватный способ для своего выражения. И тайна его состоит в том, чтобы найти тот способ, который не воспрепятствовал бы зрителю стать его соучастником. Иными словами, не воспрепятствовал тому, чтобы войти внутрь тайны произведения. Человек современный культуры не творец, как блогер не писатель. Он одержим своим маленьким «я», и в этом заключен его скромный удел.

Я спрашиваю без-застенчивый мир, мир без застени, без укромного места от слепящего солнца: мыслим ли все еще сегодня человек интимный? Возможно ли хоть с кем-то о пустяках и вечности поговорить?И отвечаю: возможно, но как-то так украдкой от мира, ибо он уже другой.

Поделиться:
Loading...
  • Выходя за пределы своего «я», человек предоставляет себя чему-то, что превышает его частное и фактичное. И в этом расширение он впервые обретает свою полноту. Таково чувство. Отношение. Вера. Мысль.Созерцание.
    ___________________

    Спасибо за прекрасный текст, но обращаясь к интимному человек сталкивается со Смертью и с глубинной своей темной стороной, а это пугает. Сейчас общество запугано пульсирующим Временем, и по видимому не стоит обвинять большинство что у него не хватает смелости хотя бы украдкой бросить взгляд на интимное. А это Вам Наталья:

    Полет стрелы - прыжок олений
    Последний жест пустой руки
    На выдох жизнь и на мгновенье
    Светлеют черные круги
    Засов тюремного барака
    Срывает криком малыша
    Лежит свеча - горит бумага
    И поднимается душа.

    С уважением, ТТ.
  • В мире нет границ, все границы виртуальные. Ты не тело, ты не душа. Ты наблюдатель. Наблюдатель есть наблюдаемое. Нет ничего интимного, специфического атомарного, присущее только тебе, ты индивидуален как виртуальное целое, как N-собрание сгустка " эфира". Я есть Мир, Я голографическая ячейка этого Мира. Все было,Все есть, Все будет.
    И какой вывод, от всей этой многословности, живи вместе с Миром, не теряя позиции Наблюдателя и Периживающего, человека интимного нет, но игра в него дурачит " Тебя" и "Окружающих".
  • Интим со мной всегда
    оттенок эгоизма мило притемненный
    И многословный Будда иногда
    Исчезнув, освящает мир сей бренный
  • ИНТИМНОЕ - ВСЕГО ЛИШЬ ЛИЧНОДУШЕВНОЕ!

    ИНОГДА - МЕЖЛИЧНОСЕКСУАЛЬНОЕ!
  • Интимный человек, как и всё вокруг, продукт эволюции. Интимное, это то, что страшно раскрывать. Животным страшно раскрывать запасы питания, они их прячут в интимных местах, дуплах, лучше – в защёчных мешках. Человек, выходя из животного состояния прятал оружие и орудия производства, в том числе, и орудие производства наследства. По мере того как человек стал обзаводиться мыслишками, он стал прятать и некоторые мысли, которые было страшно демонстрировать. То есть, интим, это страх, страх разоблачения. По мере эволюции, человек обзавёлся ещё и таким чувством, как стыд, это тоже страх, но менее убийственный, страх потерять уважение и т.п. Помере эволюции человеческого общества, область интима расширялась, особенно повлияла на интим религия, её иудейские разновидности. Таинственный, мистический бог стал новой областью интима. Христианская мораль загнала в область интима ранее бесстыдное, например, прелюбодеяние, но возможность избавится от страха разоблачения интима была предусмотрена гуманными попами, в виде покаяния и исповеди, тайной. В быту, люди любят поисповедоваться не знакомым попутчикам. Нынче, таким не знакомым попутчиком стал Интернет. Эволюция продолжается, а хорошо это или плохо, мы сможем оценить, когда научимся заглядывать в будущее. Является ли бисером то, что в интиме? Пока его не предъявят обществу, трудно оценить, поэтому мечите ваш бисер, если, конечно, он у вас есть.
  • Интимный Человек - существует! "Сокровенный сердца Человек" - так его назвал Божественный учитель Истины апостол Павел!
    Не печальтесь, Наталья, верьте в своего внутреннего(интимного) Человека и Господь даст Вам возможность прямого общения лицом к лицу в Духе и в Истине с такими же сокровенными Человеками: богоцарственными, богопрекрасными, богозлатосолнечносладчайщими на высотах бальзамических! Песнь Песней говорит именно об этом!
  • Не читая статьи, прочитал комментарии и очень хорошо сделал,теперь я точно знаю, что мне не стоит её читать. Не моё.
комментарии работают с помощью Disqus